Чувство, которое я испытывал, при всей понятной разнице масштабов, было тем же самым чувством, которого трудно избежать, когда оператор на бензоколонке или водитель такси пускается рассказывать вам всю как есть свою жизнь; как правило и в особенности именно тогда, когда вы спешите или сильно не в духе, и хочется вам только одного: чтобы он был Самым Исполнительным Оператором На Бензоколонке или Самым Шустрым Водителем Такси. Вы, в собственных своих интересах, наделяете их на время новыми сущностями, вроде как беллетрист делает из человека Прекрасного Юного Поэта или Ревнивого Старого Мужа; и хотя вы прекрасно отдаете себе отчет в том, что ни единая душа за всю историю человечества не могла быть только Исполнительным Оператором На Бензоколонке или Прекрасным Юным Поэтом, вы тем не менее готовы игнорировать все остальные, сколь угодно привлекательные, но не относящиеся к делу черты вашего персонажа - вы просто обязаны их игнорировать, если хотите сладить в конце концов с сюжетом или вовремя добраться в нужное вам место. Об этом, впрочем, позже, когда у нас речь пойдет о Мифотерапии. Сейчас довольно будет сказать: каждый из нас - своего рода завтруппой, и это едва ли не основная наша работа, и мудр тот, кто знает, что, распределяя роли, он искажает личности актеров и что делает он это совершенно произвольно; но еще мудрее тот, кто понимает: произвольность эта, вероятнее всего, неизбежна и даже по-своему необходима, если ты и вправду хочешь чего-то достичь.
Джон Барт, "Конец пути"